RK900: Первой была обнаружена Элизабет Холлуэй. Принимая приказ Гэвина как приоритетный, Девятка присаживается на корточки рядом с девушкой, чтобы просканировать и более точно передать информацию для медиков. Пульс слабый, бледность кожных покровов, истощение, обезвоживание, ссадины и гематомы, на левой скуле след от рукоприкладства, а губа рассечена. Отпечатки на ее одежде также записываются в базу и занимает это все не более десяти секунд. Девушка одета довольно легко, видно, что ее температура понижена на 2 градуса, и если промедлить, то дальнейшее падение температуры может быть критичным. Без раздумий андроид снимает с себя форменный пиджак, осторожно приподнимая Элизабет и кутая в него. Защита не идеальная, но продержаться до прибытия медицинской бригады вполне поможет. Звук выстрела заставляет его отрывисто вскинуть голову. Приказов от детектива Рида более не следовало.

Xie Lian: Он помнил Умина. Он помнил все, что тогда произошло, что он делал и что он не делал. Пожалуй, это был один из немногих моментов своей жизни, которые он не позволял себе забывать. И это было то, что он скрывал, иногда даже для себя самого. Забавный парадокс — и не забывать, и не вспоминать. Просто знать. Иногда и этого было достаточно. — Я.. — он не знал, что сказать. И нужно ли было вообще что-то говорить, потому что все у него итак было на лице написано. Но мозг зацепился за другую мысль, что если Сань Лан его слышит, то возможно, что он где-то рядом. если он действительно его слышит. Это не так просто проверить, а то, что Безликий бай любитель выводить на эмоции — он уже понял. — Я помню, — твердо сказал он, перехватывая руку демона и сжимая ее, — и я признаю все то, что там произошло, — прошлое не изменить и пути назад уже не было. Сейчас в прямом смысле — его буквально прижали к стенке. Взгляд метнулся куда-то в сторону — он все еще надеялся найти любую лазейку, а мысли настолько запутались, что идея вернуть себе меч пришла с некоторой задержкой.

Virginia Potts: Попав в новый мир, Пеппер не пришлось долго привыкать ко всему: параллельный мир оказался почти точной копией её родного мира, правда, с небольшим откатом в прошлое. Ванда, погибшая еще при первой атаке Аннигилуса здесь была жива. И после того, как Пеппер переместилась в новый мир, они немного пообщались. В мире Пеппер Пьетро остался жив, когда она покидала мир... но теперь все точно были мертвы. Сильное чувство вины лежало тяжким грузом на плечах Вирджинии, будило кошмарами среди ночи, пряталось в отражениях, когда она смотрела искоса и поджидало в любом темном углу.

Sylvie Lushton: Не без помощи чуда Сильви удалось привести себя в порядок среди величественных колонн и сверкающих водопадов, которые были частью дешевой голограммы, расширяющей пространство съемного жилья и придающей капельку величия этой убогой дыре. Только теперь, когда она выглядела неотразимо в карамельно-зеленом наряде с тиарой на голове, Сильви была готова сделать видеозвонок и выбрала контакт Элисон. — Эй, воительница, пришло время совершать новые подвиги. Собирай в кучку свои мускулы, встречаемся в нашем обычном месте. Так молвила Чаровница. О, и еще захвати те самые леденцы, которые не слишком сиреневые, а скорее лиловые.

Loki: Локи никогда бы не подумал, что будет любить схождения в Мидгард, мир который он не без основания считал на редкость отсталым, загрязненным и категорически не подходящим для того, чтобы в нем обитали существа хоть сколько-то разумные. Кремом на торте нелюбви йотуна к Мидгарду была тихая, но неизбывная нелюбовь к Мстителям в целом, а вишенкойна этом торте — ненависть к Халку в частности. Да, в каком-то смысле зеленое чудовище сделало бывшему принцу двух миров большое одолжение, обеспечив его сотрясением мозга. Кости у йотунов были не менее крепкими, чем у асов, и содержимое черепа осталось на положенном месте, а вот влияние Камня разума Халк все-таки выбил, пусть и едва ли не вместе с лукавой йотунской душой.

Aziraphale: На самом деле Азирафелю, пусть и немного странно было это сразу признать, очень нравилось на Земле. В любую эпоху — в Древнем Риме или же в викторианской Англии, например, находилось что-то, что приходилось ангелу по душе и заставляло проникаться к миру людей всё большей симпатией. Допустим, блинчики во Франции XVIII века были преотменные, несмотря на то, что политическая обстановка оставляла желать лучшего… и в последний раз его едва не казнили, а ведь было бы глупо потерять казённое тело только из-за пристрастия к мучному?